Ключевые теги

Реклама

новости партнёров

Архив сайта

Реклама

Типология политического господства в трудах М. Вебера

Добавлено: 18-03-2016, 16:30     Автор: admin     Категория: Рейтинги регионов, Расходы бюджета

Типология политического господства в трудах М. ВебераСтатья опубликована в №6 (февраль) 2014 Разделы: Размещена 05.02.2014. Последняя правка: 28.02.2014. Типология политического господства в трудах М. Вебера Научный руководитель: Барсуков Александр Михайлович, кандидат политических наук, старший преподаватель, кафедра политических наук факультета политических наук и социологии Кемеровского государственного университета. УДК 321.01 Теории Макса Вебера были подробно изучены и прокомментированы многими учеными и исследователями. На темы типов лидерства в социологии М. Вебера и его концепции легитимности было написано и опубликовано множество монографий и статей. Среди авторов можно выделить Р. П. Шпакову, Э. Н. Ожиганова, Дж. Льюиса, П. П. Гайденко, Ю. Н. Давыдова, Е. И. Хаванова, Б. Г. Капустина и других. В данной статье хотелось бы более подробно рассмотреть типологию политического господства, которую М. Вебер создавал с надеждой ее применения в политической реконструкции Германии. Господство по М. Веберу – это особая форма власти, представляющая возможность осуществления отношений подчинения.

Главным признаком господства он называл способность аппарата управления поддерживать порядок на определенной территории с помощью насилия или угроз. В знаменитой статье «Политика как призвание и профессия» Макс Вебер писал о том, что любой вид господства требует постоянного управления, которое обеспечивается путем корректировки поведения подчиненных. При этом существенная роль отводится инструментам воздействия на подчиненных: таким, как аппарат управления и различные материальные средства управления[1, С. 648]. Типология господства строилась Вебером на основе так называемых «идеальных, чистых типов». Идеальный тип представляет собой мыслительную конструкцию, которая призвана изучать реальность через призму «усиленных» сторон предмета и, таким образом, упрощать классификацию типов господства. Социологическая структура господства у М. Вебера включала три элемента. Во – первых, элита, которая образовалась вследствие дифференциации задач управления; во – вторых, непосредственно штаб управления; в – третьих, массы или «подчиненные господству». Элита обладала особым статусом, который держался на нескольких отличительных особенностях данной группы: психологическое сплочение элиты ввиду их меньшего количества, закрытость процесса принятия совместных решений внутри элиты.   Итак, М. Вебер различает три элемента структуры господства: политическая элита, функционеры (аппарат управления) и подчиненные массы. Говоря об особенностях господства, М. Вебер уточняет, что господство – это форма власти, которая неизменно нуждается  в «самооправдании».

Это является главным условием для существования господства: без признания прав элиты на власть массами ни о каком господстве не может быть и речи. Для того, чтобы его добиться, необходимо создать «легенду», которая превозносила бы данную форму господства как воплощение неких всеобщих чаяний и надежд. Это должно способствовать признанию власти в обществе, иными словами, легитимности власти. Поэтому господство строится на легитимности[2, С. 120]. Между этими двумя понятиями в своей типологии М. Вебер ставит знак равенства, потому как одно не может существовать отдельно от другого. Поэтому часто, говоря о веберовской типологии господства, типы господства называют типами легитимности, легитимной власти, принципами легитимной власти и даже типами лидерства. Легитимной, как известно,  является та власть, которой  люди согласны добровольно подчиняться, а под «легитимацией» принято понимать «процедуру общественного признания какого - либо действия, действующего лица, события или факта»[7, С. 151]. По мнению М. Вебера, всякое добровольное подчинение  обусловлено авторитетом субъекта власти. Он выделил три вида такого авторитета, или «внутреннего оправдания» людьми своего подчинения тому или иному субъекту[1, С. 649]. В веберовском понимании господство может иметь различные основания. Ими могут быть рациональные интересы, личная преданность и вера в священное происхождение правителя и его власти, «зов сердца», когда люди на эмоциональном уровне становятся сторонниками того или иного лидера[4, С. 81]. Таким образом, первый тип господства представляет собой приоритет легальности власти и признание ее как рационально обоснованной; второй – это авторитет нравов – «традиционное» господство. Третий тип – авторитет харизмы правителя, откуда вытекает личная преданность и доверие ему. Концепция господства построена М. Вебером с применением «идеальных типов».

Разные основания и авторитеты обозначают различные типы «внутреннего оправдания» власти. Иначе говоря, ее легитимности. В основе традиционного господства лежит вера в священное происхождение власти и тех порядков,  к которым эта власть призывает. Структура управления при таком типе господства сроится по принципу семьи: тип начальника – «господин», его ближайшие приближенные – верные и лично преданные слуги, остальные подчиненные – «верноподданные». Существует две разновидности традиционного господства – патриархальное и сословное. В первом случае слуги находятся в личной зависимости от господина (так было в Византии), во втором главную роль играет принцип сословной чести (к примеру, феодальные государства Западной Европы). Исследователь М. Доган, неоднократно в своих работах упоминавший концепцию М. Вебера, делает вывод о невозможности ее полноценного применения на сегодняшний день.

В традиционном типе, по его мнению, современная наука нуждается меньше всего: в существующих монархиях власть правителя ограничивается исключительно декоративной или символической ролью. Великобритания – яркий тому пример. Применение данного типа на практике возможно лишь для ограниченного круга государств. Поэтому, по  мнению М. Догана, можно сказать, что традиционная легитимность «господина и его слуг» постепенно исчезает[6, С. 148]. Второй тип легитимности или господства – харизматический. Для Вебера харизма представляет собой сверхъестественные свойства личности, «божественный дар», благодаря которому становится возможным подчинить себе массы. Она рассматривается как посланная богом или как образец[3, С. 139]. Харизматическими личностями он называет Иисуса Христа, Будду, Мухаммеда, Наполеона, Александра Македонского.

При этом идеи, которые распространяли эти личности, не имеют никакого значения для Вебера: как социолога, ценности в этом случае не были предметом его изучения. Механизм харизматического господства заключается в том, что люди верят в избранность лидера, в его призвание быть руководителем, а «носитель харизмы», в свою очередь, поддерживает свой имидж и старается показывать свои уникальные качества. Под влиянием харизмы своего вождя люди способны на те действия, для выполнения которых у них самих нет никаких собственных причин.   Рассматривая веберовскую типологию политического господства, Р. Шпакова проводит аналогию с событиями 1917 г. в России. Действительно, В. Ленин обладал, по воспоминаниям современников, «особой магнетической силой», которая заставляла людей верить в его слова и следовать за ним [6, С. 135].   «Союз господствующих», который формирует признанный носитель харизмы, может принимать различные формы: вождь и его последователи, реформатор и его команда и т. д. Они формируют некую «эмоциональную общность», в которой воля харизматика обладает высшей силой. Стоит отметить, что именно харизматический тип господства стал предметом спора многих ученых.

Дело в том, что М. Вебер намеренно избегал вопроса о тех ценностях, которые несут харизматические деятели. Поэтому многие исследователи обвиняли М. Вебера в том, что его концепция «харизматического лидерства» способствовала  восприятию фашизма различными группами немецкого буржуазного общества в 30-х годах. Р. Шпакова также пыталась проанализировать отношения лидер – масса с учетом того, что лидер может быть представителем фашистской идеологии. В результате она приходит к выводу, что методы лидера- фашиста и лидера - носителя харизмы во многом идентичны. Прежде всего, речь идет об эксплуатации достаточно низкой политической грамотности населения, неразвитости их политической культуры[11, С. 137]. При этом и первый, и второй стремятся завуалировать свои истинные намерения, подменяя их «национальными интересами», тем самым заставляя людей верить в правильность предлагаемых им идей.

Насильственные методы и ложь, активно используемые ими, направлены на одну и ту же цель: оправдать свое нахождение у власти и мобилизовать массы для выполнения тех или иных необходимых действий. Однако концепция харизматического господства использовалась и в качестве основания для критики фашистских режимов. В частности, этим занимались немецкие ученые Ф. Нойман, Э. Френкель, О. Киркхаймер. Таким образом,  харизматическое  господство может рассматриваться  с точки зрения его связи с фашистской диктатурой в Германии с двух  диаметрально противоположных  позиций. Наиболее логичным  представляется  разрешение этой проблемы при помощи поиска «золотой середины»: несомненно, в своей концепции Вебер дает некоторый повод к толкованию её как имеющей  значение для  установления  гитлеровского режима, но, пользуясь выражением П. Гайденко и Ю. Давыдова, «этот вывод представляется  преувеличением»[4, С. 87]. Следовательно, двусмысленность вебервской  концепции  следует считать скорее неизбежной, чем ошибочной.

Актуальность харизмы в наши дни оспаривается разными исследователями. М. Доган пишет о том, что понятие харизмы у Вебера имеет религиозный налет. По этой причине современные  светские государства не могут рассматриваться через призму веберовской концепции. Использование «идеальных типов» делает концепцию полезной только для исторических исследований [6, С. 148]. Принципиально иную точку зрения представляет Р. Шпакова: по ее словам, реальные процессы, такие, как рост влияния религиозного фактора в мире, процветание религиозного экстремизма, становятся поводом для обращения к веберовской концепции харизматического господства[8, С. 138]. На наш взгляд, концепция харизматического господства никогда не потеряет своей актуальности. Сегодня ярким примером лидера – харизматика можно назвать В. Жириновского: его умение работать с абсолютно разными аудиториями уникально. На протяжении всей истории человечество знает немало примеров ярких харизматических лидеров, которые вели за собой массы, свергали политические режимы, завоевывали новые территории. Поэтому детальное исследование проблем харизматического лидерства открывает широкий простор для практического применения.

Итак, харизматическое господство по своей природе иррационально. Это означает, что и «конец» этому господству приходит тогда, когда харизма сталкивается с «земными» проблемами и это приводит к ее постепенному угасанию. Угасание харизматического движения Вебер называет  «обудничиванием» или «рутинизацией».[8, С. 44]. Постепенно легитимность харизматического лидера ввиду неизбежного насыщения рациональными компонентами переходит в легально – рациональный тип господства.   Легально – рациональное, бюрократическое, или рационально – правовое господство основывается на вере в легальность регламентов и права отдавать распоряжения, которыми обладают те, кто призван осуществлять господство.

По своей природе данный тип абсолютно рационален и поэтому противоположен иррациональному харизматическому лидерству.   Чиновник, правила, уставы, бюро – это ключевые моменты легального господства. Важная черта данного типа легитимности – обезличенность. Все, без исключения, обязаны соблюдать одни и те же нормы и правила, а не быть подданными или слугами какого – либо лица. Аппарат управления включает образованных чиновников и специалистов узкого профиля.

Макс Вебер много внимания уделял бюрократии, считая при этом, что бюрократия не может стоять на вершине власти, однако без нее была бы невозможна повседневная деятельность многоуровневой системы управления. Сбой в работе специалистов – чиновников привел бы к серьезным нарушениям в работе всей управленческой машины [4, С.81].   К данному типу господства Макс Вебер относил такие современные ему буржуазные государства, как Англия, Франция, США.   Веберовская типология, по словам М. Догана, была успешно применена во многих исторических исследованиях: она позволяла тщательно изучать различные явления легитимности, выявлять в них общие признаки и различия, наблюдать процессы, способствующие переходу от одного типа господства к другому [6, С. 148].   Стоит отметить, что концепция политического господства в варианте М. Вебера вызывает разногласия среди исследователей по многим пунктам. В частности, А. Дибиров выделяет в веберовской типологии лишь два принципиально различных типа легитимности[5, С. 261].   Первый тип основан, по его мнению, на существовании определенного порядка, в силу которого тот или иной субъект признается правителем. А. Дибиров различает легальное и традиционное господство в рамках одного типа. Он считает, что сами традиции и обычаи, лежащие в основе легитимности традиционного типа, являются привычкой, которая с течением времени становится равносильна рационально принятым нормам при легальном типе господства. Поэтому разделять эти два типа исследователь считает нецелесообразным.   Второй тип, по мнению А. Дибирова – «харизматическая» легитимность, основанная на очевидном превосходстве самого субъекта над всеми прочими.

Однако сам факт того, что массы готовы принять в качестве своего лидера человека, чьей особенностью является наличие особого дара (харизмы), может означать наличие неких норм и правил в данном обществе. Следовательно, харизматический тип не имеет права на существование. Поэтому А. Дибиров считает выбранную М. Вебером терминологию не совсем корректной.   М. Доган, занимаясь исследованием политических идей Вебера,  оказался солидарен с вышеназванным исследователем в том, что традиционное и легальное господство в веберовской типологии по своей сути не различаются. В традиционных режимах он также различает элементы легальности и рациональности.

К примеру, даже китайские императоры и русские цари не могли не соблюдать определенные правила игры[6, С. 150]. М. Доган  приходит к заключению: данная концепция является в некотором роде анахронизмом и может применяться наиболее успешно в исторических исследованиях. Его точка зрения подкрепляется тем, что лишь немногие из современных режимов построены на принципах традиционной власти, а феномен харизматической легитимности стал слишком редким.   Однако некоторые исследователи положительно оценивают веберовскую типологию легитимности с точки зрения возможности ее наложения на политическую реальность К примеру, по мнению Е. Хаванова, она помогает глубже понять многие проблемы, вставшие на политическом пути России в 90 – х  годах XX века – и в сфере государственного управления, и в партийном строительстве [9, С. 179].    Таким образом, единой точки зрения на типы политического господства Вебера не существует, а вопрос об актуальности данной концепции вызывает споры среди исследователей, которые приводят их к совершенно разным выводам. На наш взгляд, идеальные типы, которые использовал М. Вебер для построения своей типологии господства, служат оправданием для любых критических замечаний со стороны современных исследователей. В силу того, что М. Вебер предполагал смешение различных типов лидерства в пределах одного государства, спор о рациональности их разделения представляется малозначимым.

Ценность фундаментальной теории М. Вебера состоит прежде всего в том, что она представляет собой совокупность концентрированных свойств различных типов легитимности и является удобным каркасом для построения более современных концепций. Подводя итог, можно сказать, что политическая теория великого немецкого социолога вызывала и вызывает множество дискуссий, однако не подвергается сомнению тот факт, что политические идеи М. Вебера оказали огромное влияние на развитие политической науки и стали фундаментом для  многочисленных исследований в общественных науках.  1. Вебер М. Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. – 808 с. 2. Вебер М. Политические работы, 1895 – 1919 – М.: Праксис, 2003. – 422 с. 3. Вебер М. Харизматическое господство// Социс. - 1988. - №5. - С. 139 – 147. 4. Гайденко П. П., Давыдов Ю. Н. История и рациональность: Социология М. Вебера и веберовский ренессанс. – М.: Политиздат, 1991.

– 367 с. 5. Дибиров А. Устарела ли концепция легитимности М. Вебера?// Социально-гуманитарные знания. - 2002. - №3. - С. 258 – 268. 6. Доган М. Легитимность режимов и кризис доверия//Социс. -1994. - №6. - С. 147 – 155. 7. Политология. Энциклопедический словарь/ Общ. ред. и сост.

: Ю. И. Аверьянов. – М.: Изд – во Моск. коммерч. ун –та, 1993. – 431 с. 8. Федотова В. Г., Кросс Ш. Православие, Вебер и новый русский капитализм//ОНС. - 2006. - №2. - С. 41 – 51. 9. Хаванов Е. И. Современность как вечное свойство научной классики: Макс Вебер//Полис. – 1995.

- №4. - С. 176 – 183. 10. Шпакова Р. П. Легитимность политической власти: Вебер и современность // Советское государство и право. - 1990. - №3.- С. 134 – 143. 11. Шпакова Р. П. Типы лидерства в социологии Макса Вебера//Социс. – 1988. - №5. - С. 134 – 138. Рецензии: 5.02.2014, 16:57 Рецензия : Представляется, что работы Макса Вебера о власти продолжают вдохновлять многих неофитов в качестве своеобразного полигона для пробы пера. Дурного в этом я ничего не вижу. Сугубо в плане освоения теоретического наследия классиков необходима не только рефлексия, но и нарративная практика.

И в этом плане данная работа может быть поощрена и рекомендована к печати. В качестве пожелания хотелось бы обратить внимание автора на еще одну работу М. Вебера "Город", где есть некие вариации на тему типологии... 16.02.2014, 22:42 Рецензия : Статья может быть рекомендована к печати. Однако, необходимо внести изменения в список литературы, а именно, разместить авторов работ в алфавитном порядке. Комментарии пользователей:

Комментариев: 0   Просмотров: 36
[rating]
[/rating]

Видео-бонус:

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Карта